Глава 5. Иван и Анастасия
Анастасия собиралась купаться вместе с Зелениным. Она ждала своего парня, когда вернулся с работы её отец. Он работал сторожем в одном маленькой фирме, которая производила спиртные изделия. Вчера вечером к нему приехал старый знакомый. Отец Насти решил отпраздновать встречу и проник на склад. Здесь было много всего: водка, вино, коньяки. Отец Насти был русским мужиком, а поэтому взял четыре бутылки водки.
Двое «гудели» всю ночь, а под утро друг уехал. Папаша Анастасии, полный, невысокий мужчина задремал и проспал всего четыре с половиной часа.
Когда взошло солнце, появилось страшное похмелье, которое раздражало мужчину. После смены он вернулся домой.
Мама Насти была на работе. Девушка шла из кухни через коридор, когда входная дверь открылась. Настя перевела взгляд на вошедшего папу, и её брови сами поползли вверх от удивления. Таким своего отца она ещё не видела.
― Боже. Папа, что с тобой? ― спросила она.
― Как что? ― недовольно проговорил отец. ― Всё как надо. А ты куда собралась?
― На речку, ― ответила девушка, ожидая расспросов о компании, в которой она будет. Придётся ответить, что там будет Зеленин, а папа почему-то не любил Ивана.
― А мать где?
― Как где? На работе.
― А… Ну, да, ― отец закрыл входную дверь и, нагнувшись, стал расшнуровывать ботинки.
― Тебе помочь? ― предложила Анастасия.
― Я что, сам что ли не смогу, а? ― огрызнулся папа.
― Да ладно. Как знаешь, ― удивилась поведению отца Настя.
Папа разулся и снял с себя спортивную куртку, которая пропахла спиртным. Настя брызнула на себя духами и собралась пройти к входной двери.
― С кем идёшь? ― спросил отец.
― С другом, ― неоднозначно ответила девушка.
― С этим… Вовой?
― Не с Вовой, ― сказала девушка. ― Его зовут Ваня… Ва-а-ня-я, ― протянула девушка.
― С этим Кинг-Кингом?
― Папа, ― укорительно произнесла Настя.
― Да ты посмотри на него. Это же второй терминатор. Он на глыбу похож, а не на человека, ― начал повышать голос мужчина.
― Слушай, не ты с ним встречаешься, а я.
― А я твой отец! Поняла?! ― взорвался папа. ― Я решаю, кто хороший, а кто плохой!
― Это моя жизнь, а не твоя! Понял?! ― вскрикнула девушка.
― Ты с кем разговариваешь, соплячка?!
― Ах, так.
Папаша отвесил Насте пощёчину. Девушка упала, вскрикнув от неожиданности.
― Ты, засранка, чего орёшь на меня?!
― Папа, успокойся!
Настю спасло, наверное, то, что её отец, заходя в квартиру, не закрыл за собой на замок входную дверь. ЗИМ, поднимаясь к Насте, услышал спор своей девушки с её отцом. Парень толкнул дверь и увидел Анастасию, которая оборонялась от своего отца.
Папа перевёл взгляд на вошедшего и в его мозгу вновь промелькнула эта мысль: «Шварценеггер отдыхает».
― Ядрёные помидоры! ― не понял Иван. ― Это чё?
Отец Насти отпустил дочку и выпрямился.
― Ты чё тут делаешь, импотент? ― блеснул глазами папа.
― Вы что, дядя Егор? ― не мог понять Зеленин. ― Чё стряслось-то?
― Ты мне надоел! Катись отсюда!
― Да что вдруг?
― Я сказал тебе. Катись, пока живой, ― настаивал мужчина.
― Чем вам Настя насолила?
― Своими разговорами.
Отец подступил к Ивану, пошатываясь. ЗИМ почувствовал запах спирта, который исходил от дяди Егора.
― Алё, Алё, гараж! ― выставляя руки перед собой, проговорил ЗИМ, понимая, что хочет сделать отец его подруги. ― Дядя Егор, не стоит. Вы просто не в себе.
― Заткнись, щенок!
― Остыньте!
― Мразь!!
Папа набросился на ЗИМа и попал кулаком в грудь парня. Иван естественно поставил блок, и удар прошёл мимо. Второй кулак влетел в живот Зеленина, но дяде Егору показалось, что он попал в бетонную стену. Просто пресс у Вани был отличный. Ста сорока пяти килограммовый Иван удар особо не ощутил.
― Да что с вами такое?!
Зеленин швырнул отца, и тот ударился об стену.
― Ах, ты, мудила! ― взревел отец, поднимаясь. ― Сейчас я тебе.
― Папа, не трогай его! ― поднявшись, заплакала Настя.
― Сядьте, я сказал!
Отец вновь рванул на парня, но получил сдачи и вновь растянулся на полу. Иван обошёл стонущего дядю Егора и, поглядев на Анастасию, развёл непонимающе руками.
― Чего стряслось-то? ― спросил он.
― Пить надо меньше…
ЗИМ засунул отца Насти в холодную ванну, где тот быстро протрезвел. Через час он уже просил прощения у дочери и Ивана…
