Глава 4. Оратор
Анастасия ждала Дмитрия всё на той же лавочке у своего подъезда. Она заметно волновалась перед предстоящим разговором с Димой. Теперь он изменился. Это был несколько другой человек. Теперь он был силён, имел власть в нацистских кругах города и продолжал поднимать свой авторитет и завоёвывать известность и доверие.
Однако наряду со своей мощью и силой, Дима вёл себя просто с Настей. Для него она всё также оставалась подругой детства и просто приятной собеседницей.
Парень сел рядом с Анастасией и улыбнулся.
― Привет.
― Привет, ― сказала Настя.
― Как жизнь?
― Да вроде ничего, а у тебя?
― Тоже неплохо. Что у тебя случилось, Насть? ― поинтересовался парень, глядя на девушку.
― Дим, ко мне двое парней постоянно «клеятся» на учёбе, ― объяснила Анастасия.
― Вот как? Неудивительно. Ты им нравишься, ― улыбнулся Дима. ― Что страшного?
― Нет. Мне это не нравится. И мне вообще не нравятся чеченцы.
Глаза Ширянева блеснули.
― Они не русские? ― спросил он.
― Да. Сраные чечены, ― сказала девушка.
― Вот пидоры, ― покачал головой парень. ― Живут на нашей земле и ещё людям докучают.
― Вот-вот.
― Это неправильно.
― Ты сможешь мне помочь, Дим? ― спросила девушка. ― Сама я не справлюсь.
― Рассказывай подробнее, Насть. Всё, я думаю, уладим.
Анастасия поздно заканчивала учиться по пятницам. Не смотря на середину весны, на улицу уже успели опуститься сумерки. Сейчас Настя выполняла роль приманки. Девушка стояла на пустынной остановке, ожидая развития событий. Она знала, что оба парня, которые к ней пристают, уезжают с этой же остановки. И вот парни появились на другой стороне улицы, приближаясь к пешеходному переходу. Настя невольно заволновалась. Рядом появился Дмитрий.
― Не бойся ничего, Настёна, ― проговорил Ширянев. ― Я рядом. В обиду не дадим.
― Роль приманки опасна, ― слегка улыбнулась девушка.
― Не бойся. Я здесь буду.
― Но мы то знаем, что независимо от исхода для приманки всё кончается плохо.
― Не для тебя сегодня. Не переживай.
― Постараюсь, ― слегка улыбнулась девушка.
― Вот и отлично.
Ширянев вновь улыбнулся девушке и удалился. Теперь Анастасия осталась наедине с собой, наблюдая за приближением парней. Двое переходили улицу, пропуская быстро движущиеся машины. Они смеялись и что-то обсуждали.
― А вот и Настенька, ― заметив одиноко стоящую на остановке девушку, проговорил один из парней.
― Ну, так отлично, ― ответил другой. ― Можно будет пообщаться с приятной девушкой.
― А может даже, на этот раз удастся пригласить её с нами в бар, ― предположил первый.
― Может и так, ― улыбнулся второй. ― А там, глядишь, и в ласках не откажет нам обоим.
Двое расхохотались. Они подошли к Анастасии.
― Домой едешь, Насть? ― спросил первый.
― Да, ― слегка улыбнулась девушка, чувствуя, как сильно она начала нервничать.
― Настён, ― вступил в разговор второй, и слова его прозвучали не как предложение, а как утверждение или даже некий приказ. ― Сегодня едем в бар. Там коктейль тебе возьмём, закуски всякой.
― Нет, ребят. Спасибо, ― ответила девушка. ― Мне домой надо.
― Да ладно. Какой дом? Лучше посидим под хорошую музыку, поговорим по душам.
― Я занята, ― сказала Анастасия.
― Чем занята? ― нахмурился второй. ― Вечером нужно отдыхать, расслабляться.
― Не сегодня, ― сказала она сухо.
― А когда?
― В другой раз.
― Нет. Настя, так нельзя, ― сказал первый. ― Ты уже давно обещаешь нам, но всё время откладываешь.
― Так получается, ― пожала плечами девушка, но понимала, что тон парней становится угрожающим.
― Но ты подумай, ― первый приобнял стройную Настю. ― Будет весело.
― Да. Оторвёмся по полной, ― был весел второй.
― Нет, ― девушка отстранилась от парня. ― Я не могу ребят.
― А чо это ты не можешь, а? ― недобро заговорил первый. ― Вечно занятая какая! Поехали, говорю! И не хер выступать тут! Не в театре!
― Я сказала, чтобы вы отвалили, козлы! ― неожиданно взорвалась девушка. ― На хер пошли от меня оба!
― Смотри-ка, как заговорила.
― Э! Слышь?! ― это был Дмитрий. ― Ты чо так разговариваешь?!
― А ты кто ещё? ― нахмурился тот, что секунду назад обнимал Анастасию.
― Я? ― усмехнулся Ширянев. ― Я человек, который мимо проходил и вас увидел.
― Вот мимо проходил и иди дальше, ― вступил в разговор второй.
― Ты уверен? ― ехидно улыбался Дима.
― На все сто процентов. Вали быстро.
― Указывать будешь мне? ― поднял брови Ширянев.
― Буду. Вали, сказал.
― Ещё что скажешь мне… чурка сраная? ― с вызовом сказал Дима, а глаза его уже блестели от ненависти.
― Что? ― возмутились оба. ― Что ты сказал?!
― Чурки сраные, отвалили быстро от девчонки! ― прозвучал приказ Дмитрия.
Ширянев незаметно надел кастет на руку.
― Ну, сука, довыёживался!
Оба парня бросились на Диму. Ширянев встретил удар первого блоком и ответил кулаком, на котором был кастет. Челюсть нападавшего противно хрустнула, и паренёк упал без сознания. Второй, увидев, как Ширянев расправился с его дружком, отступил назад. Но здесь с криком подоспели трое скинхедов из группы Димы. Они мгновенно сбили с ног паренька, пристававшего к Насте, и принялись «месить» его стилами. Анастасия наблюдала за этим с двойственным чувством: с одной стороны, ей было страшно, а с другой, девушка чувствовала, какую мощь представляют эти парни. Эти парни, которые отчищают от зла русскую землю.
Но мысли девушки прервала остановившаяся у тротуара машина милиции. Из неё выскочили двое ребят в форме и бросились разнимать дерущихся. Хотя, скорее, не разнимать, а отстранять скинов от атакованных парней.
― Стоять!!! ― выпалили стражи порядка.
― Чёрт вас принёс, ― буркнул Дима.
И драка возобновилась, но теперь пострадали милиционеры. Четверо бонов практически сразу одержали верх над милиционерами. Дмитрий подскочил к Анастасии и схватил её за руку.
― Валим! ― скомандовал он.
Четверо парней и девушка помчались во дворы. Здесь их уже ждала машина. Они уселись в неё и умчались в неизвестном направлении довольные проделанной работой.
Дмитрий сидел у Олега в комнате. Он рассказал, как произошли события. Теперь Олег закурил, а на его лице виднелось недовольство.
― Да уж, Дим. Любишь ты, оказывается, дрова ломать, ― Генерал сделал затяжку.
― Олег, ну а что мне делать было? ― развёл руками Ширянев. ― Нельзя же было девчонку в обиду давать этим нигерам долбанным.
― Так-то оно так, ― согласно кивнул Олег.
― Ну, а в чём дело тогда? ― в голосе Димы слышались ноты неудовольствия.
― Бля!! Мусора, Дим!! Сраные му-со-ра!! ― взорвался Генерал. ― Нельзя с ними сталкиваться!! Выйдут на вас ― выйдут на всех нас!!
Дмитрий сидел, молча теребя печатку.
― Понимаешь, это не шутки, Дим, ― спокойнее сказал Олег. ― Всё это опасно для нас. Нам и так хватает проблем с антифами, проблем с «Квартетом», с другом твоим школьным, который в команде Дунина. А если ещё менты на хвост сядут, то вообще жопа будет.
― Я думаю, мусора не найдут к нам подходы. Темно было. Нас они не опознают.
― Надеюсь, ― Олег вновь затянулся. ― А если, допросив этих двоих обидчиков девчонки твоей, они на неё выйдут?
― С этим я разберусь, ― слегка улыбнулся Ширянев. ― Она просто скажет, что не знает нас, да и всё. Мимо проходящие помогли.
― Пусть так… Баба хоть нормальная?
Генерал улыбнулся.
― Хорошая девчонка. Она теперь в нашем движении хочет быть, ― объяснил Дима.
― Отлично. Не зря, значит, мы наш город очищаем от сволоты всякой.
― Это точно.
― У тебя, Дим, команда набралась хорошая. Ребята к тебе тянутся. Ты оратор отличный. Идеи фюрера знаешь прекрасно. Я возлагаю на тебя большие надежды и верю, что ты так же, как и я будешь двигать нашу группу вперёд.
― Спасибо, Олег, ― Дима несколько смутился.
― А теперь иди. Там ждут тебя на сцене. Вдохнови ребят. У нас ведь скоро акция с антифа. Нашим ребятам нужно твоё наставление и вера в наше правое дело.
― Хорошо. Я постараюсь.
― Отлично. Не прощаюсь. Ещё увидимся сегодня.
― Надеюсь.
Дмитрий улыбнулся, поднимаясь из кресла, и вышел. Парень прошёл по небольшому коридору и оказался за кулисами сцены, на которой выступала местная группа музыкантов. Несколько людей стояли рядом с Димой. Здесь же был администратор клуба, который, увидев подошедшего Ширянева, сразу же поспешил к Диме.
― Здравствуй, Дим, ― улыбнулся он. ― Жду тебя уже давно. Олег говорил, что ты собираешься выступить сегодня?
― Да. Нужно сказать кое-что, ― согласно кивнул Дима.
― Отлично. Давай так: ребята сейчас заканчивают через минут десять-пятнадцать, а потом я тебя объявляю. Идёт?
― Идёт, ― согласился Ширянев.
― Ну, тогда готовься, ― предложил администратор.
― А чего готовиться? Я всегда готов.
― Вот и отлично.
Скоро группа музыкантов закончила выступление, и администратор вышел в зал на сцену.
― Друзья, теперь дадим отдохнуть нашим музыкантам, ― сказал он. ― А у нас для вас сюрприз. Сейчас сюда выйдет человек, которого вы знаете и уважаете. Он ведёт нас вперёд. Он даёт нам пищу для размышлений. Он знает, как должны мы действовать. Итак. Дмитрий.
Зал взорвался аплодисментами и овациями. Ширянев вышел к микрофону на сцене. Он приготовился к монологу.
― Приветствую вас, братья-славяне!
Зал ответил ему.
― Мы вновь собрались здесь сегодня, чтобы не забывать, для чего мы существуем. Нация ― это живой организм. Человек состоит из клеток. Нация состоит из людей. Миллионы макрофагов пожирают инородные белки, миллионы красных кровяных телец несут кислород другим клеткам. Миллионы воинов защищают свой народ в войнах, миллионы крестьян кормят его. Если клетки организма не выдерживают вторжения инфекции, человек погибает. Если нация не может отразить нападение врага, она тоже гибнет. Но бактерии, атакующие организм открыто, не всегда самые опасные враги. Человек может погибнуть от вырождения собственных клеток, которые вдруг перестают выполнять свои функции, а вместо этого плодят опухоль и выпускают в организм метастазы. Причина раковой опухоли кроется в изменениях на уровне ДНК. ДНК ― молекула, несущая наследственную информацию. Это «мозг» клетки, если хотите. По ДНК клетки организма отличают «своих» от «чужих». Внутри нации тоже может возникнуть «раковая опухоль» ― если какая-то группа людей перестает шагать в ногу со всем организмом, нацией. Клетки опухоли, разумеется, не понимают, что когда умрет организм, умрут и они. Люди, потерявшие национальное самосознание, тоже не всегда понимают, что рубят сук, на котором сидят, однако метастаз выпускают в свой народ порой немало. Есть еще одна ситуация. Некие живые существа проникают в организм, но не атакуют его напрямую, а «заменяют» ДНК клетки на свою ДНК. И клетка сама того не подозревая, начинает плодить клетки не со своей, а с чужой «памятью». Эти живые существа ― вирусы. Некоторые вирусные заболевания неизлечимы.
Разумеется, прямая аналогия некорректна. Но живая материя развивается и существует по единым принципам, сама природа ставит ей рамки для существования. Науке известны клетки, существующие автономно от организма…
Здесь Дмитрий сделал паузу, осматривая своих слушателей. Те были заворожены рассказом и в данный момент думали, о последней идее парня. А Ширянев продолжил:
― Это одноклеточные, ― парень улыбнулся залу. ― Но ни одна «независимая» клетка пока еще Колизея не построила.
Среди зрителей послышались негромкие смешки. Дима вёл монолог отлично, не сильно нагружая мозги и шуткой давая некую передышку.
― Определимся, что есть раса и что есть нация в моем понимании, ― продолжил Дима. ― Раса ― понятие более общее. Можно смело сказать, что раса ― первый признак, объединяющий людей в нацию. Деление на расы обусловлено биологическими отличиями. То есть это объективный признак. Антропологам известно четыре чистых расы: белая (арийцы), желтая (монголоиды), черная (негры), еще одна черная (австралоиды). Об этом и мы с вами уже знаем. Некоторые исследователи выделяют индейцев в особую «красную» расу, другие относят их к монголоидам. Разумеется, при делении человечества на расы критерием является далеко не только цвет кожи. Организмы людей разных рас устроены по-разному. Вспомните третье веко у монголоидов. Наряду с чистыми представителями той или иной расы существует масса переходных типов. Например, потомки славян и германцев, пришедшие в Европу во время Великого переселения народов, в настоящее время в наибольшей степени сохранили признаки арийской расы. Светлые волосы, серые глаза, особая форма лба, носа и подбородка ― людей с такой внешностью и сейчас можно в изобилии встретить среди славянских и германских наций. Разумеется, частичного смешения с окружающими народами не избежали и они. В Испанию вторгались мавры, в Русские княжества ― монголы, по Европе гуляли гунны. Но основа генофонда, а я как социолог знаю эти данные, это от семидесяти до девяноста процентов «арийской крови». И это потомкам славян и германцев удалось сохранить. Что касается семитских народов, тюрков, индусов ― в них видно присутствие некоторой доли нордической крови, но она вряд ли превышает двадцать пять-тридцать процентов. Эти народы ― сложная расовая смесь и их нельзя назвать ни неграми, ни монголами, ни белыми. И что мы с вами видим? Библейская «теория» трех рас: ариев (белые), семитов (евреи) и хамитов (остальные), берущих начало от трех сыновей Ноя (Иафета, Сима и Хама) не имеет никакой научной основы. Выделять евреев в отдельную расу, учитывая, что арабы биологически от них почти ничем не отличаются, не менее странно, чем сливать в один стакан негров и монголов.
«Хорошо», ― скажете вы. ― «Русские арийцы и немецкие арийцы генетически ничем не отличаются». Но называть их одной нацией, по меньшей мере, глупо. Верно. Здесь мы выходим на второй признак, объединяющий людей в нацию. Он тоже объективен. Это культура. У людей одной расы культура может быть разной. И здесь нужно ответить на важный вопрос. Что входит в понятие «культура»? Язык, обычаи, традиции, религия, ― парень загибал пальцы один за другим. ― Культура зависит от ландшафта проживания нации и от влияния соседей. Вспомните Гумилева. И, разумеется, от расовых характеристик. Здесь мы видим, как первый признак нации (раса) проникает во второй (культуру).
Мне могут привести пример из жизни: человек принадлежит к арийской расе, говорит по-русски, с детства воспринимал русскую культуру… и в то же время терпеть не может русский народ. Возвращаясь к началу, такого человека можно сравнить с раковой клеткой. Она не только не выполняет каких-либо функций, но и выпускает в породивший ее организм метастазы. В чем причина «озлокачествления» этого отдельного человека? Возможно, слияние с некоей музыкальной культурой, которая предполагает любовь к иной расе и к культуре этой иной расы. Это, по сути, спонтанный отрыв от нации. Такого человека можно смело назвать «денационализированным» (от слова нация, а не национализация), в течение своей жизни он легко может менять свое мировоззрение, принимать навязанные ему идеи или вообще их не иметь, живя только поверхностными, утилитарными интересами.
Человек никогда не видел негров, но начинает их любить и подражать им из-за того, что ему нравится их музыка. Возможно, причиной явилось непосредственное близкое общение с людьми иной нации. Это уже напоминает вирусную атаку. Помните тактику вируса? Заменить русское национальное самосознание, если речь идет о русских, чем-то еще. Чем ― не принципиально. Это может быть и любовь к нации «вируса», и вообще отсутствие любви к какой-либо нации. Итак, третий признак, объединяющий людей в нацию, ― любовь к своей нации. Этот признак субъективен. Он отражает внутренние убеждения человека и наиболее изменчив из всех трех.
Если представить, что нация ― это дом, то три её признака можно нарисовать в виде фундамента. Наш фундамент получился из трех блоков. Нижний ― раса, средний ― культура, верхний ― любовь к нации. На первый взгляд, дом-нация опирается на каждый из трех блоков «поровну». Действительно, если мы уберем один из элементов, дом рухнет. Но по рисунку видно, какой из элементов «несущий». Раса есть первопричина культуры, а культура, в свою очередь уже вместе с расой, определяет национальное самосознание человека. Вот и решайте сами, какой из элементов нуждается в защите в первую очередь. Утерянное национальное самосознание восполнить можно, утерянную культуру ― гораздо сложнее, но, теоретически, тоже реально. Утерянные расовые характеристики не восстановить.
Культура… ― Дима, казалось, задумался на секунду о своём, что не касалось никого из присутствующих. ― Культура очень важна. Но существует и господство. И мы с вами прекрасно знаем, как власть влияет на людей. Пример? Легко. Марксизм, а как следствие, русский большевизм есть только новая, свойственная двадцатому веку попытка евреев достигнуть мирового господства… В России евреи в своей фанатичной дикости погубили тридцать миллионов человек, безжалостно убив одних и подвергнув бесчеловечным мукам голода других. И всё это только для того, чтобы обеспечить диктатуру над великим народом небольшой кучке еврейских литераторов.
Ширянев стал на время злой. Парень остановился, потеряв нить своего рассуждения. Злость помешала ему мыслить рационально. Но нужно было продолжать. А что сказать ещё? Ширянев осматривал зал. За одним из столиков сидели два подростка-скинхеда. И Дима продолжил, глядя на них:
Я хотел бы затронуть проблему среди скинхедов ― это наркомания. Запомните раз и навсегда, я обращаюсь к нашим младшим товарищам, которым сейчас по пятнадцать-восемнадцать лет. Настоящий уважающие себя Белый человек, никогда не станет употреблять наркотики. Это ведёт к краху личности, деградации ваших мозгов и внутренних органов и, в конце концов, к смерти. Не будьте дураками, покупая у чёрных свою смерть! Мы должны оставить после себя здоровое поколение. Одумайтесь! За вами наше будущее.
Идеология скинхедов отрицает наркотики и все виды наркотических веществ. Мы видели слишком много белых парней, которым наркотики и наркотические вещества заменили все виды удовольствий белого человека ― наслаждение мощью своих мускулов, любовь девушек, достойное положение в обществе… Сегодня белая русская молодёжь в серьёзной опасности. Хитрая инородная сволочь объявила войну против русской молодёжи. Инородцы хотят лишить Россию будущего. Наркота губит сотни белых людей каждый день. И первой гибнет именно русская молодёжь. С этим надо что-то делать. Конечно, власть борется против наркомании, но она делает это неэффективно… Наркоторговцы будут избиты, а если они не одумаются, то и устранены физически… От скинхедов может достаться и наркоманам. В принципе наркоман ведь тоже виновен. Он нарушает законы белого человека. Он виновен в своей щенячьей глупости, слабости духа и разгильдяйстве. Из-за этого он сам добровольно травит свой организм. Наркоманы не нужны в нормальном обществе. Они сами выбирают свой путь.
А бездомные? Бомж ― это ЧМО. ЧМО ― человек, мешающий обществу! Источник заразы. Не человек, точнее ― не совсем человек. Болезни разносят: чесотку, вшей, сифилис. А если в помещение зайдёт, то хоть стену ломай и убегай, воняет ужасно. Это уродство не только России, но и всего мира. Они сломали свою жизнь. Они не стремились к тому, чтобы работать над собой. А работать над совершенствованием себя необходимо. Настоящие скинхеды должны заниматься спортом. Спорт развивает тело, укрепляет мышцы. Развивая своё тело физическими упражнениями, белый человек закаливает и свой характер. Крепость мышц придаёт уверенности в себе и своих силах. Сильных людей уважают друзья и боятся враги. Для скинов предпочтительны те виды спорта, которые можно сразу же применить на практике. Для драки особенно полезно знать некоторые виды контактных единоборств: бокс, борьбу, рукопашный бой, кик-боксинг. Если выходить с каждым один на один, тогда бы мы дрались без остановки. Всегда легче хорошенько выбить всю дурь из одного парня так, чтобы десять вообще раздумали что-либо предпринимать. Когда мы нападаем все вместе, многим кажется, что это несправедливо. Но мы просто заступаемся за своего, прав он или нет. Подумайте об этом. Если избивают вашего брата, думаете ли вы о том, прав он или виноват? Неважно, если он прав, неважно, если виноват. Вы обязаны вступиться за него. Если твой брат побеждает ― круто, но если всё наоборот, тогда к чёрту справедливую драку!
И зал взорвался овациями аплодисментов.
― Мы с вами братья по крови, и мы не имеем право забывать об этом. Я стою здесь перед вами и помню, для чего мы сражаемся и верим. И я верю, что вы со мной! Вы со мной?!
― Да!!! ― кричали зрители.
― Отлично! Ну, а теперь можем продолжать вечер музыки!
Дмитрий удалился под крики ребят и аплодисменты.
― Великолепная речь, ― улыбнулся администратор Диме.
― Спасибо, ― Ширянев проследовал по коридору.
Здесь из подсобки появился Генерал. Он посмотрел вслед Дмитрию, а затем перевёл взгляд в зал, где толпа всё ещё не могла успокоиться после вдохновенной речи их нового друга и, кажется, теперь лидера. Олег понимал, что у него появился конкурент. В принципе, Генерал видел в Диме стержень ещё с самого их знакомства, но Генерал не думал, что Ширянев достигнет таких успехов и популярности в такой короткий срок.
Дмитрий вошёл в зал, где за столиком его ждали четверо друзей: Алексей, Андрей, Павел и Кирилл.
― Речь была отменной, ― похвалил севшего за стол Диму Кащеев.
― Всю ночь писал и сочинял? ― усмехнулся Паша.
― Нет, ― сказал Дима. ― Просто высказал то, что было на душе.
― Ладно. Давайте выпьем пивка, как говорится, для рывка, ― предложил Кирилл.
― А вот это мысль, ― согласно кивнул Алексей.
― Завтра сходим на гонки? ― спросил Павел.
― Какие гонки? ― нахмурился Андрей.
― Гонки на картах, ― объяснил Кирилл. ― Пошли с нами, Андрюх.
― Надо подумать, ― сказал парень.
― Ну, а ты, Дим? Идёшь?
― Я не смогу, ― сказал Ширянев.
― Это чо так? ― несколько расстроился Паша.
― Занят я.
― Чем?
― Чтобы подозрение отвести от себя, нужно сходить в университет, ― сказал Дмитрий.
Около входа в восьмой корпус ПГПУ собралась толпа. Большая часть студентов была одета в одежду тёмных тонов. Сегодня были похороны. Не стало одногруппника Димы Ширянева по имени Сергей Фицев. Парня убили в уличной драке.
Дмитрий стоял в стороне, без эмоций наблюдая за предстоящей церемонией прощания. Одногруппники искоса поглядывали на Ширянева. Слухи ходили по факультету. Будто бы Дмитрий, вспомнив последнюю обиду Серёжи, отомстил Фицеву. И на этот раз погубил парня.
Милиция опрашивала факультет. Но студенты боялись и молчали. Никто не решился сказать о разногласиях в отношениях между Димой и Серёжей, потому что последствия могли быть не менее печальными.
Гроб вынесли из здания и поставили на подготовленные заранее табуреты. Слышался плачь мамы Серёжи. Отец кое-как держался. Девчонки-одногруппницы тоже плакали. Сергей ведь был весёлым и заводным парнем, который любил пошутить.
Лицо покойного потемнело. Его гримировали не меньше часа. А как же? Парня ведь забили до смерти. Нос был сломан и сдвинут чуть в сторону… Дима помнил, как его нога влетела в переносицу Фицева и раздался треск, а Сергей взвыл от боли…
Всё лицо было в синяках и гематомах… Четверо скинхедов молотили изо всех сил, не жалея бедного студента…
А под белой тканью, которая скрывала тело умершего, таились многочисленные переломы и ушибы… Кто-то из бонов сломал Серёже руку в двух местах и несколько рёбер, а затем рёбра врезались в лёгкие, пробив альвеолы, и кровь хлынула в дыхательные пути…
Ширянев наблюдал за тем, как с Фицевым прощаются ребята факультета: те, с кем он дружил, и те, которые знали Сергея всего лишь в лицо. Но Дмитрий знал, что последнее слово осталось за ним и его людьми. За русскими, которые уничтожили эту тварь, которая была саранчой в России…
Так мыслил Ширянев. Он поставил своей целью бороться с нерусской нечистью, и он не отступит от своих намерений. Теперь его сила растёт и будет продолжать расти.
