Глава 5. Перерождение
За городом на пустынной поляне собралось огромное количество людей. Тёплая погода сопутствовала скорее прогулке за городом, чем тому мероприятию, которое здесь намечалось.
Предстояла массовая драка между скинхедами и антифами. Такие «встречи» были не редкостью. Группы антифашистов уступали по численности организациям неонацистам. Также отличительной чертой антифов было достаточно большое количество девушек в рядах групп. Главной идеей организаций антискинхедов была идея равноправия и уничтожение скинхедов. В группы антифов входили как русские представители, так и люди других национальностей и вероисповеданий. Однако идеи их были примерно одинаковы: искоренение идеологии Гитлера.
Разговоров никаких не велось. Две огромные толпы, вооружившись битами, ножами, цепями, кастетами, палками, металлическими трубами и другими разновидностями оружия, сражались в драках.
Дмитрий был во главе своей команды. Парень держал в руке свой неизменный трофей ― кастет, который достался ему в одной из драк уже давно. Парень посмотрел на свою печатку, которая красовалась на среднем пальце правой руки. Ширянев снял её и убрал в карман штанов.
Дима оглядел внушительную толпу антифов, стоящую на большом расстоянии и оглянулся на своих ребят. Ширянев подошёл к своим близким друзьям: Андрею Кащееву, Алексею Малюкину, Павлу Савельеву и Кириллу Капейнину.
― Ну, чо, пацаны? ― сверкнул глазами Ширянев. ― Готовы этих сук рожами в землю опускать?
― А то, ― хихикнули парни.
― Только смотрите блин, ― погрозил Дима указательным пальцем.
― Что? ― нахмурился Лёша.
― Спины друг друга прикрывайте и по сторонам глядите, ― давал наставления Дмитрий.
― Ладно, ― утвердительно кивнул Паша. ― Будем во все глаза смотреть и не пропустим этих жопоногих.
― Ага, ― сказал Кирилл. ― А потом, кстати, Дим, ты нам пиво обещал. Помнишь?
― Помню, ― улыбнулся Ширянев. ― Но сначала дело закончим, а потом в клуб наш поедем.
― Ты только не забудь, ― всё не мог успокоиться Капейнин. ― Я люблю «Клинское». Ага?
― Да помню я. Засранец, ты здесь зачем вообще, а? ― смеялся Дима. ― Чтобы этих уродов мочить, продвигая наши идеи, или чтобы, побив кого-то ― без разницы кого, потом за это пиво выпить?
― Нет, Дим, ― нахмурился Кирилл. ― Дело, конечно, наше общее, а потом уже только развлечения.
― Слушай его больше, ― хихикнул Андрей. ― Ему хлеба не давай. Дай только пивом набить живот.
― Ну и это не ложь, ― признался Кирилл.
Парни вновь рассмеялись.
― Ладно. Я отойду на время, ― сказал Дима.
― Куда? ― спросил Паша.
― Надо, ― сухо ответил Ширянев.
― Да есть у него дело одно, ― ехидно проговорил Лёша.
― Какое? ― нахмурился Кащеев.
― Настя зовут, ― ответил Кирилл.
― Настя… Понятно.
Ребята засмеялись вслед Ширяневу, а парень в свою очередь обернулся и погрозил им:
― Ну, я вам шеи отгрызу, пеньки с ушами.
Парень нашёл глазами Анастасию и подошёл к ней. Ширянев всерьёз боялся за девушку. Ведь здесь было действительно опасно. Дмитрий поравнялся с Настей.
― Ну, как настрой? ― поинтересовался он.
― Да вроде нормально, ― робко улыбнулась девушка.
― Точно?
― …Слегка боязно, ― призналась Анастасия.
― Естественно, Настась, ― хихикнул Дима. ― Всем страшно. И мне в том числе. Но мы приехали сюда, чтобы отстаивать свои позиции. Позиции русской России.
― Я знаю, Дим.
― Только аккуратнее, Насть, ― говорил Ширянев. ― Не лезь вперёд всех в драке. Бей быстро и почаще, гляди по сторонам. Кто летит на тебя и откуда.
― Хорошо, ― согласно кивнула девушка.
― Я буду рядом, если что. Подстрахую.
― Хорошо.
― Ну, тогда погнали, ― Ширянев улыбнулся. ― Сейчас мы этим собакам нерусским надаём по черепам.
― Точно, ― согласилась Настя.
― Hail, Hitler! ― Дмитрий вытянул руку вперёд и вверх с раскрытой ладонью.
― Hail, Hitler! ― повторила действия парня Анастасия.
Дмитрий вышел вперёд своей группы и повернулся к скинхедам.
― Вперёд!! Россия для русских, а не для чурок сраных!!
― Да-а-а!!! ― поддержали его скины.
И две огромные толпы ринулись в бой. Сразу полилась кровь. Удары сыпались градом. Слышались крики боли, отчаяния и призывы к уничтожению скинхедов и антифашистов.
Дмитрий был в ярости и, не расставаясь со своим кастетом, бил. Парень бил практически без разбора. Ломались кости. Кто-то из антифов умудрился задеть Ширянева ножом. Дмитрий поморщился и вложил нападавшему в челюсть кастетом. Налётчик мигом оказался на земле и уже не смог подняться.
Ширянев краем глаза наблюдал за Анастасией. Девушка была поначалу робкой, отбиваясь от нападавших, но, как и раньше, чувство толпы скинхедов передавалось ей, и девушка била направо и налево своих соперников. Дима держался рядом с Настей не зря. Одна из девушек-антифов подкралась к Анастасии сзади. Естественно, что Настя не могла спиной видеть опасность. Антифашистка держала наготове металлическую трубу. Она уже было замахнулась для мощного удара, но здесь подоспел Ширянев. Дмитрий набросился на девушку-врага сзади и сжал её в своих объятиях. Антифашистка сначала не поняла, что это с ней происходит, а потом сообразила, что оказалась в тисках скинхеда.
― А ну отпусти меня, козёл лысый!! ― вскрикнула девушка.
― Конечно, ― хихикнул Дима.
― Сейчас яйца тебе отобью!! ― угрожала она.
― Боюсь-боюсь.
Дмитрий развернул девушку к себе лицом и сильно врезал врагу в живот ногой. Антифашистка, испытав сильную боль, отлетела назад и рухнула в грязь. Об неё тут же споткнулся кто-то из скинов и рухнул рядом.
― Спасибо, ― улыбнулась Настя.
― Да не за что. Следи за спиной.
― Буду.
Четверо друзей, образовав круг, бились против толпы антифашистов, которые наступали.
― А нехреново они нас окружили! ― отбиваясь, проговорил Кирилл. ― Совсем нехреново!
― Главное ― не разбредаться, ― диктовал тактику Павел. ― А то нас мигом завалят.
― Эй, бля!! ― Андрей Кащеев вскрикнул, заметив опасность для Паши в виде надвигающегося антифа. ― Стоять!!
Андрей врезал палкой нападавшему, тем самым прикрыв Савельева от удара.
― Смотри в оба, стратег! ― сделал замечание парню Кащеев.
― Спасибо, ― только изрёк Павел.
― Ну, откуда столько уродов?! ― всё удивлялся Алексей. ― Понять этого никак не могу!
― Главное, ― Кирилл вмазал очередному противнику в челюсть! ― Надо побольше этих собак вырубить.
И в этот момент кто-то из соперников ткнул Капейнина в бок ножом.
― А! ― вскрикнул парень, почувствовав резкую боль. ― Блин!
Он упал на колено.
― Чо? ― не поняли остальные.
― Меня задели, ― парень закашлялся.
― Прикрывай его! ― скомандовал Алексей.
― Ага.
Трое окружили раненого и продолжили отбиваться.
Держись там! ― бросил Капейнину Кащеев.
― Бейте этих уродов! Убивайте их совсем! ― был очень зол Павел, сжимая кулаки.
Крики ненависти сливались с криками боли. Всё больше становилось поверженных. Всё меньше оставалось бойцов…
В итоге скинхеды одержали победу. Часть антифашистов отступили. Другие лежали, не двигаясь. Ширянев вытер кровь с кулаков и спрятал кастет в карман. Парень осмотрелся. Довольно-таки много его ребят остались на ногах и теперь помогали раненым скинам. Дмитрий посмотрел на Анастасию. Девушка оглядывала поляну. В принципе, по мнению Ширянева, она неплохо держалась для первой акции.
― Ну… Ты как? ― улыбнулся парень, подходя к Насте.
― Нормально, пожала плечами она.
― Не задели тебя?
Девушка осмотрела себя.
― Вроде нет.
― Ты молодец, ― Дмитрий поцеловал девушку.
― Спасибо, ― улыбнулась она.
Дмитрий начал искать взглядом своих друзей.
― Где эти оболтусы?
И здесь глаза Дмитрия выхватили троих друзей, склонившихся над телом Кирилла. Сердце неожиданно сжалось, а улыбка улетучилась с лица парня.
― Вот дерьмо, ― буркнул он себе под нос.
Ширянев подбежал к парням.
― Ё моё. Что случилось? ― был испуган Дима.
― «Пером» задели, ― шепнул Андрей.
Лёша пытался оказать первую помощь другу, осматривая рану.
― Тяжело блин, ― покачал головой Паша.
― Как же тебя угораздило? ― Дмитрий упал на колени перед истекающим кровью Капейниным.
― Да какой-то козёл меня задел, ― поморщился Кирилл.
― Диман, ― проговорил Лёша. ― Надо срочно в больницу. Кровь теряет. Можем не успеть.
― Можешь пока что-то сделать? ― просящим взглядом посмотрел Ширянев на Алексея.
― А что я могу? Только рану зажать, ― сказал Лёша.
― Давай машину, Андрюха, ― попросил Павел.
― Ага, ― Кащеев помчался за автомобилем.
― Диман, мы победили? ― поинтересовался Капейнин.
― Да, Кирилл. Вздрючили мы их.
Ширянев сжал руку друга в своей ладони.
― Вот и отлично. Только вот мысль странная, ― сказал Капейнин.
― Какая?
― А стоит ли жизнь ненависти? ― взгляд парня застыл, а ладонь в руке Ширянева обмякла.
― Кирилл? ― нахмурился Дима. ― Кирилл!
Но друг ему не ответил. Ширянев глубоко вздохнул и закрыл глаза друга. Дмитрий выпрямился, не говоря ни слова. Друзья и подошедшая Анастасия молча наблюдали за Ширяневым. Дмитрий заметил пытавшегося подняться раненого антифа. Ширянев, не произнося ни звука, подошёл к нему.
― Дышишь, сука? ― сквозь зубы произнёс Дима.
Ширянев взял лежавший рядом нож и обхватил голову антифашиста.
― Умойся кровью, тварь.
Дмитрий запрокинул голову противника и перерезал горло. Умирающий антиф гаркнул и упал.
― Война всем тварям, ― скрипнул зубами Дима, бросив к ногам кровавый нож.
Начиналось лето 2008 года. Многое менялось. Дмитрий был уже совсем другим. Смерть Кирилла сильно повлияла на парня. Теперь он был врагом номер один для нерусских на его земле. В его городе. Дима стал олицетворением смерти. Он шёл вперёд и вверх к своей цели.
Был поздний вечер, когда Дмитрий провожал Настю после совместного посещения клуба. Они шли, держась за руки.
― Какие планы на будущее? ― спросила девушка.
― Планы? ― задумался Дмитрий. ― В планах борьба. Мы уже давно ведём эту борьбу, но необходимо продолжать.
― Ну… ― девушка задумалась.
― Что «ну»? ― нахмурился Ширянев, пристально посмотрев на девушку.
― Ну… В смысле борьба ― это… несколько общее направление, ― объясняла девушка. ― А как на счёт конкретики?
― А-а-а-а, ― понял мысль Анастасии Дима. ― Вопрос, конечно, интересный.
― Конечно, ― девушка улыбнулась и, приобняв Диму, решила пощекотать.
Дмитрий в ответ только зевнул.
― Ты чо хоть делаешь? ― спросил он.
― Ты щекотки не боишься? ― спросила девушка.
― Да вообще-то нет, ― пожал плечами Ширянев. ― Как-то с детства не приучили меня.
― Ну-у, ― протянула Анастасия с неким разочарованием. В итоге её план не удался. ― Это несправедливо.
― Что именно?
― То, что ты не боишься щекотки. Я ведь боюсь, а ты нет. Это неправильно, потому что ты можешь на меня этим воздействовать, но я бессильна сделать с тобой это.
― А вот это ты зря мне сказала, ― хитро улыбнулся Дмитрий, посмотрев на Анастасию.
― Что зря сказала? ― не сразу сообразила девушка.
― Правду о себе. О том, что щекотки боишься.
Ширянев набросился на Анастасию со смехом и принялся щекотать, а девушка билась в объятиях парня, не прекращая смеяться. Они смеялись и радовались веселью. Девушка вырвалась и приняла боевую стойку.
― Ты чо, Насть? ― нахмурился Дима.
― Сейчас я наброшусь на тебя и свалю с ног, ― была «серьёзно» настроена девушка.
― Уверена?
― Да. С разбега. Ты не устоишь.
― Ага. Не устою я, если ты меня в постель повалишь, а сейчас и здесь, то это большой вопрос.
― Это почему же?
― Вес у тебя маловат, Настасья.
― Да? Сейчас ты испытаешь на себе всю мою мощь!
Девушка разбежалась и с криком прыгнула на Ширянева. Дмитрий с лёгкостью поймал девушку и обнял.
― Падай! ― «колдовала» Анастасия. ― Падай, Дим! Па-дай!
― Насть, я бы с радостью, но здесь грязно, ― объяснил Дима. ― Если поднимемся к тебе и повторим, то я согласен тебе проиграть и рухнуть прямо-таки в постель.
― Я бы не против, ― немного огорчённо произнесла Анастасия, когда Дима опустил её на асфальт, и она встала на ноги.
― Ну и?
― У меня сегодня родители дома.
― Эх. Жаль.
― И мне.
― Ну, да ладно, ― махнул рукой Дмитрий. ― Пойду я к себе домой. Хочу выспаться.
― Давай. Счастливо.
Они поцеловались. Девушка исчезла в подъезде. Ширянев проводил Настю взглядом и отправился к своему подъезду. Парень уже свернул к двери, как его взгляд выловил что-то знакомое. Дмитрий перевёл взгляд на противоположную сторону улицы. Там, в тени переулка, стояло знакомая фигура Алексея Малюкина. Дмитрий нахмурился и скрылся за припаркованную рядом «Газелью». Ширянев осторожно выглянул из-за своего укрытия. Алексей ходил взад-вперёд. Он явно кого-то ожидал. И кого он мог ожидать поздним вечером в этом районе? Жил парень на «Стреле», что в двадцати минутах отсюда. Девушка? Вряд ли. Лёха ни с кем не встречался. Да и ночь… Ночь ― не самое лучшее время суток для встреч.
Дмитрий решил подождать и узнать, чем всё закончится. Ждать в итоге пришлось недолго. К Лёше подошёл человек. Он был спиной к Ширяневу, и Дмитрий не мог его разглядеть. Никого из своих Ширянев не узнал в этом человеке. Тогда Дима решил подойти поближе. Парень прошёл через кустарники и вышел на остановку. Отсюда, из-за ларька, открывался отличный обзор. Дима присмотрелся ещё. Малюкин передал деньги и получил… небольшой пакетик с белым порошком!!!
― Что за херь? ― был в шоке Дима. ― Наркота?
Но Ширянева ждало ещё одно потрясение. Когда незнакомец обернулся. Это был нерусский. Именно, нерусский! Тёмное лицо, чёрные глаза и волосы. Нерусский и Алексей попрощались и пошли в разные стороны. Ширянев пребывал в недоумении, но решил всё выяснить и поспешил за Алексеем. Дима быстро настиг Малюкина.
― Лёха! ― позвал Дима.
Алексей обернулся и остановился, немного удивившись появлению Ширянева.
― Диман?
― Да.
― Здорова, ― нахмурился Лёша. ― Ты какими судьбами здесь?
― Да живу недалеко здесь. А ты?
― Да вот… Из гостей иду, ― соврал парень, и получилось у него это не очень хорошо.
― От кого?
― У бабушки был.
― Это не та «чёрная» бабушка, с которой ты только что распрощался, а, Лёша?
― Дим… Это моё дело, ― Алексей, зная истинную веру Ширянева, понимал, что надвигается буря.
― Какое это твоё дело? Ты с черножопыми связался? Зачем?! Наркота??!! Сбрендил что ли??!!!
― Дим… Это бизнес…
― Чего???!! ― глаза Димы поползли на лоб. ― Какой ещё бизнес с «чёрными»? Как можно с ними иметь что-то общее, Лёх?! Да что с тобой?
― Дим, идеология есть идеология, но на одной идеологии нам не прожить. Поэтому необходимо сотрудничать. Согласен, что не всегда с теми, с кем нужно, но иначе нельзя.
― Ты с ума сошёл, Лёша! ― был в ярости Ширянев.
― Дим, остынь.
― Я для чего же говорил в клубе постоянно и говорю для вас, трактую главные идеи Гитлера? Никаких связей с не нашими. А наркота? Ты вообще, сука, потерял свою башку на хер, мудак? Это же смерть! Наркота несёт смерть нам!!
Ширянев уже становился неуправляемым. Ненависть к другу за предательство застилала ему глаза, и парень уже не контролировал себя.
― Наркота! Не я ли говорил, что это дерьмо убивает нас, русских! И убивают нас этой сраной наркотой эти «чёрные» твари! А ты скупаешь у них эту мерзкую отраву! А куда ты её?! Нашим?! Ребят травить своих?!
― Дим, ты ломаешь систему, которая уже давно существует. Один ты ничего не сумеешь.
― В смысле? Какая система? Ты чего несёшь, кретин? Ты не один этим занимаешься?! ― Дима уже «закипел».
― Диман, давай забудем эту встречу, ― предложил Алексей, понимая, как сильно он влип и подставил остальных, втянутых в бизнес.
― Кто ещё с тобой?! Говори!!
― Не буду, ― отвёл глаза Лёша.
― Говори, Лёха. Генерал с тобой?! ― это был главным вопросом для Ширянева.
Алексей молчал.
― Олег знает?! ― повторил вопрос Дима, но видел по глазам ответ на него.
― Не лезь, Дим. Ради нашей дружбы. Хорошо?
― Дружбы?! ― Дмитрий почувствовал в себе злость, которая нарастала с новой силой. ― Ты предал меня и нашу дружбу! Ты предал свою нацию! Ты продал всех, как и Генерал. Запомни, дружба ― ничто по сравнению с нацией!
― Дим, успокойся.
Алексей попытался положить руку на плечо Ширянева.
― Убери от меня «копыта»!
И здесь Ширянев не выдержал. Мощнейший удар сразу свалил Малюкина с ног.
― Сука продажная!!
Дмитрий начал бить Алексея ногами, но быстро остановился. Малюкин лежал и стонал от боли.
― Твари вы!! Дружбе конец!!
Ширянев плюнул в сторону Лёши и ушёл прочь, чувствуя пустоту на душе и обиду за предательство со стороны тех, кому он верил и помогал.
Дмитрий зашёл в кабинет Олега без стука. Душа его болела, а внутри горел пожар. Но Ширянев хотел услышать всю правду от Генерала. Олег должен всё объяснить. Иначе нельзя. Просто последняя ночь не могла уложиться в его голове. В глубине души Ширянев всё же надеялся, что неправильно всё трактовал, и Олег своим рассказом развеет все сомнения на свой счёт. Но логика ― штука упрямая, и она говорила об обратном, не смотря на попытки Ширянева гнать скверную мысль от себя.
Олег сидел за своим столом и читал что-то. Увидев появление Дмитрия, Генерал отложил бумаги и посмотрел на Диму.
― Здравствуй, ― сказал Олег.
― Здравствуй, ― сухо отозвался Дима, садясь на мягкий стул.
― Наслышан я о твоих делах с Лёшкой Малюкиным, ― вздохнул мужчина. ― Ну, зачем подрались?
― О моих с ним делах? ― усмехнулся Ширянев. ― А о его делах вне нашего общества ты в курсе?
― Эх, ― Олег вздохнул. ― Не хотел я, чтобы это дело до тебя дошло, но не вышло, получается.
― Какое дело, Олег?
― Дим, ― Генерал вздохнул, пристально посмотрев Ширяневу в глаза. ― Я знаю, что ты очень сильно придерживаешься нашей идеологии. Вот поэтому я и не хотел втягивать тебя в это дело.
― Какое дело? Что за, мать вашу, дело?! Наркота?! Так? Да ещё и с чурками?!!
― Дима, ты не понимаешь…
― Это ты не понимаешь, ― перебил Генерала криком Ширянев. ― Ты вместе с Лёхой и ещё с кем, не знаю. Вы продали нас всех, продали патриотов и борцов за Русскую землю!!
― Дима, пойми, невозможно выжить сейчас без помощи других, и мы не можем быть одни, а те… нерусские, с которыми мы работаем, они являются нашими помощниками и опорой.
― Мать вашу! А зачем тогда всё это?
― Что? ― не понял Олег.
― Клуб, выступления, скинхеды. Прикрытие?
― Ну, ― Генерал несколько замялся. ― Своего рода. Это хороший способ зарабатывать.
― Ну, ты вообще, Олег. Так всё как обычно? Дело в деньгах? Всё сводится к деньгам.
Гнев Димы сменился ехидным смехом. И опять. И вновь. Всё сводится к тому, чтобы заработать. И нет совсем ничего больше. А идея сильной России с русскими это просто средство для достижения богатства. В данном случае Олега.
― То есть ты и не думал о том, что я говорил, к чему ты ведёшь ребят наших, и что с ними будет? Только деньги? ― был разочарован Ширянев. ― Травите наших ребят героином сраным, а грёбаным черножопым платите за эту отраву.
― Дим, ты сам подумай. Ведь здесь есть и твоя доля.
― Конечно, ― засмеялся Дмитрий. ― Она моей бы и оставалась, пока я не узнал. Она бы так и лежала где-то в твоём кармане. А остальные пацаны и девчата? Они тоже имеют долю? Конечно. Только не знают об этом, как и я не знал… Дерьмово вы поступаете. Я не буду идти вместе с предателями. И мои люди тоже.
Ширянев поднялся из-за стола и направился к выходу.
― Ты зря это делаешь, Дим. Не ломай себе судьбу, ― в голосе Генерала слышались нотки угрозы.
― Это ты всё сломал.
Дима вышел. Олег задумался. Последние слова про людей Димы насторожили мужчину. Ширянев был ещё совсем мальчишкой, но лидерские качества, которые поначалу были скрыты, проявились. Почти за год парень собрал вокруг себя большую команду единомышленников. И они ему доверяют и пойдут за Ширяневым. Было необходимо что-то делать.
Дмитрий вошёл в зал, где сидели скинхеды и слушали музыку, выпивая пиво. Парень отыскал глазами Анастасию, Андрея и Павла. Дмитрий подошёл к ним, оглядываясь по сторонам.
― Привет, ― улыбнулись ему ребята.
― Привет, ― буркнул парень.
― Ты чего такой кислый? ― нахмурился Кащеев.
― Есть разговор, ― ответил Дима.
― Выкладывай, ― сказал Паша.
― Не здесь, ― отрицательно покачал головой Ширянев. ― Пошли-ка прогуляемся. Лето всё-таки пришло.
Четверо поднялись и вышли из клуба.
Ширянев и Кащеев гуляли поздним вечером недалеко от дома.
― Да уж, ― был невесел Андрей. ― Скверную историю ты нам поведал, Дима.
― Согласен.
― А как же нам быть дальше?
― Я знаю, что в клубе много наших, истинных скинхедов. Они пойдут за нами и плюнут на Генерала.
― Но как же быть? Словами простыми апеллировать опасно. Нужны доказательства.
― Они есть, ― улыбнулся Дима. ― Я записал на диктофон мобильного телефона наш с ним диалог, в котором ясно объясняется позиция Олега и его «шестёрок».
― Серьёзно? ― удивился Андрей.
Вместо ответа Ширянев достал из кармана мобильник и включил запись, где послышались звуки ссоры между Димой и Олегом.
― А почему при Насте и Пашке не продемонстрировал эту запись? ― поинтересовался Кащеев.
― Я не так в них уверен, как в тебе, ― Ширянев убрал мобильный телефон обратно в карман штанов.
― То есть?
― Андрюх, мы с тобой с детства раннего друг друга знаем. Я тебе доверяю полностью. Настя… Она вроде тоже с нами, но не знаю её истинных мотивов, а Савельев… А чёрт его знает. Я с ним знаком столько же примерно сколько и с этим пидором Лёшей.
― Понимаю.
― Мы ведь с тобой одной идеей жили и живём. Мы вместе сумеем отстоять нашу идею. Идею Гитлера и идеи русской России.
― Я буду биться с тобой до конца.
Парни пожали руки в стиле зажима кистей во время армрестлинга.
― Какая романтичная дружба, ― засмеялся голос.
Из темноты появился Алексей Малюкин. За ним были ещё четверо парней-скинхедов.
― Что тебе нужно? ― был зол Ширянев. ― Решил продать и друзей? Так же, как и меня?
― А мне, если честно, вообще на вас пофигу, ― сказал Алексей. ― Главное, чтобы Генерал мне «бабки» отстёгивал за наркоту, а дружба с тобой ― всего лишь способ следить за твоими действиями.
― Ну, ты и козёл, ― покачал головой Кащеев.
― Но вы поломаете всю систему, если вас не остановить, ― не обратив внимание на оскорбление Андрея, продолжил Лёша.
― И что же? ― Дима уже рыскал в кармане в поиске кастета. ― Генералишка прислал вас ― уродов для разговора?
― Можно и так сказать.
Пятеро ринулись на Диму и Андрея. Ширянев встретил первого налётчика ударом в челюсть. Кастет влетел в зубы парня, и последний отправился в нокаут. Второй бросился на Диму с ножом, но Ширянев увернулся и свалил соперника с ног. Двое других напали на Андрея. Парень не смог долго отбиваться, и его повалили на землю. Ширянев дрался с Малюкиным, но здесь подоспел ещё один соперник, и Дима оказался на асфальте. Кащеев отбился и вскочил на ноги. Он отбил очередную атаку одного соперника, а второй пырнул парня ножом. Андрей вскрикнул, теряя силы и рухнул. Дмитрий этого не видел. Его били ногами Алексей и ещё один парень. А потом наступила темнота…
Дмитрий пришёл в себя не сразу. Когда он открыл глаза, вокруг было темно. Улица всё также спала, освещённая сиротливо стоящими фонарями.
Парень чувствовал боль, но не это сейчас волновало его. Рядом лежал Андрей, его лучший друг. Дмитрий пошевелился. Движения отдались болью, но всё оказалось лучше, чем предполагал Дима. Всего лишь синяки и ссадины. Хотя, кажется, рёбрам досталось, да и правая почка совсем разболелась.
― Андрюха, ― позвал Дима.
Но Кащеев молчал. Ширянев приподнялся и подполз к другу. Боль Дима терпел. Сейчас он думал не о ней.
― Кащей. Ау, ― Дмитрий приподнялся на колено и вгляделся в силуэт Андрея.
Кащеев лежал в луже собственной крови. В груди парня зияла ножевая рана. Ширянев не мог поверить. А потом заплакал…
