Глава 4. Попытка разобраться с прошлым
Марина стояла на балконе своего номера и смотрела на дома напротив, но как-то отрешённо, не интересуясь на самом деле фасадами или цветом строений. Её руки были сложены на груди, а ветер развевал волосы. Глаза девушки не выражали ничего кроме шока от новости, которая только что обрушилась на неё. Марина не знала, как ей поступить, что предпринять. Она думала, что сильная, что вся жизнь в её руках, что она самостоятельна, но здесь произошло такое. Всё в один миг рухнуло, и девушка не знала, как ей быть.
Александр стоял позади девушки в комнате и следил за поведением Марины. Парень сам опешил от таких новостей. Ему как-то нужно было поддержать девушку. Буланов сделал робкий шаг и оказался на балконе. Он обнял брюнетку.
― Мариш, ты как? ― тихо спросил он.
― Да я сама не знаю, ― пожала плечами девушка. ― Как обухом по голове такая новость. Что думать ― не знаю.
― Веришь в то, что он сказал?
― Почему-то верю, ― Марина вздохнула. ― Какой смысл этому мужчине мне лгать?
― Да знаешь, всякие бывают люди. Кто его знает, что у него на уме, ― Александр выпустил девушку из объятий.
― Не знаю даже.
― Что думаешь делать? Принять папашу?
― Без понятия. Надо осмыслить всё.
― А где он был двадцать лет все эти? ― Буланов слегка был раздражён и не скрывал этого.
― Да откуда я знаю, Саш. Для меня это всё тоже загадка, как и для тебя. Я абсолютно ничего не знаю. Не знаю и как реагировать мне на это всё, ― Марина вошла в комнату.
― Думаю, пока негативно.
― Я должна связаться с дядей и тётей, ― решила девушка, усаживаясь на кровать и снимая трубку радиотелефона. ― Поможешь мне позвонить в Россию?
― Конечно.
Александр взял трубку из рук девушки, проделал с аппаратом некоторые манипуляции и вернул трубку брюнетке.
― Держи.
― Вот так наизусть помнишь мой домашний телефон? ― усмехнулась девушка.
― Я никогда его и не забывал, ― серьёзно проговорил парень.
Марина озадаченно посмотрела на Буланова и поспешила опустить глаза. Эта ночь и так поставила много вопросов между ней и Булановым, а тут ещё свалился некто, кто назвался её биологическим отцом. Голова пошла кругом, и Марина очень надеялась, что разговор с дядей и тётей расставит всё на свои места. Но трубку никто не брал.
― Ну как назло, ― девушка считала гудки, глядя в окно.
― Никого нет дома?
― Похоже на то.
― Не забывай о разнице во времени. В России уже разгар рабочего дня, ― напомнил парень.
― Да чёрт бы её побрал эту разницу, ― Марина положила телефонную трубку и вновь сложила руки на груди, глубоко и раздражённо вздыхая.
― Не переживай, Марин. Созвонишься позже.
― Ладно. Это верно. Тем более, что я уже опаздываю на новое место работы, а делать это в первый же рабочий день совершенно не хочется, ― девушка поднялась с постели и отправилась в ванную.
― Я тебя подвезу и на базу клуба поеду, ― вызвался парень.
― Буду признательно, Саш.
― Хотя, если подумать, то нам тоже бы надо разобраться со всей этой ситуацией с тобой и мной.
― Надо, Саш, ― девушка обернулась, опустив плечи. ― Всё так сильно навалилось на меня сегодня.
― Мы это выдержим, Мариш, ― парень попытался улыбнуться.
― Надеюсь.
Марина пребывала в состоянии стресса весь долгий, как ей показалось, день. Сначала новое место работы, общение с начальством. Это своего рода экзамен перед приёмом на работу. Справилась девушка вроде бы неплохо, как Марина подумала. Общения на английском языке девушке хватило на неделю вперёд, но постоянно её мучила мысль об Александре и предыдущей ночи, которую они провели вместе. Но ещё больше девушку занимал её отец. Как поступить Марина пока не знала и терялась в мыслях, но чувствовала, что ей нужно поговорить с родными. Дядя Женя и тётя Инна всё расскажут и объяснят. И тогда всё встанет на свои места.
С этой мыслью Марина возвращалась к себе в отель. Дорога казалась выматывающей и испытывающей терпение девушки. Сначала она попала в пробку, а потом и вовсе пришлось объезжать мелкую аварию. В итоге брюнетка всё же добралась до отеля и поднялась в свой номер.
Марина сразу же бросилась к телефону и стала звонить в Пензу. После шестого гудка, когда девушка уже собиралась положить трубку, вновь разочаровавшись, ей ответил женский голос.
― Алло?
― Тётя Инна?
― Да. Мариночка, это ты? ― голос женщины дрогнул от волнения.
― Да. Это я.
― Здравствуй, Маришка. Как твои дела? Как ты там поживаешь? ― залепетала тётя.
― Да у меня всё хорошо, тётя Инн. Как там вы?
― Скучаем по тебе страшно, ― ответила женщина. ― Тут всё как-то грустно без тебя. Расскажи, чем занимаешься.
― Да вот сегодня была первый день на работе. Общалась с начальством и коллегами новыми.
― Как здорово.
― Да. Приняли меня хорошо. Обещали много интересной работы, и я надеюсь, что всё будет в порядке, ― девушка была озадачена.
― Мариш, у тебя точно всё в порядке? Голос какой-то грустный.
― Да тут у меня кое-что произошло, ― Марина почесала затылок, пытаясь придумать, как помягче преподнести встречу с незнакомым мужчиной.
― С тобой всё в порядке?! ― не на шутку испугалась женщина.
― Да со мной всё нормально. Просто я тут в Ливерпуле встретила кое-кого. Вот думаю, могло ли такое произойти или мне соврали, ― девушка скинула с ног туфли.
― О чём ты говоришь, милая?
― Сегодня утром ко мне в номер приходил человек, ― решила выложить всё как есть брюнетка. ― У него на щеке шрам и он сказал, что он мой отец. Это возможно?
Повисла пауза.
― Тётя Инна?
― Да, ― вышла из ступора женщина. ― Я здесь.
Она вздохнула.
― Не знаю, как и сказать, ― замялась она.
― Что у вас там произошло, ― из кухни в комнату вернулся дядя Женя. ― С Маринкой что-то?
― Ой, Женя, ― лишь покачала головой супруга, не отрывая трубку от уха. ― Всё случилось.
― Что «всё случилось»? ― недоумевал Евгений.
― Что вы молчите, тёть Инн? ― спросила Марина.
― Мариночка, девочка моя, подожди минутку, ― попросила женщина и закрыла трубку рукой.
Прошло секунд двадцать и трубку взял уже Евгений.
― Мариш, здравствуй. Он тебе угрожал этот мужчина?
― Привет. Нет. Ничего такого не было, ― ответила девушка. ― Просто представился вашим старым другом и… моим отцом. Что всё это значит? Ты знаешь этого человека?
― Боюсь, что знаю, доченька, ― был раздосадован мужчина.
― Это правда мой отец?
― Боюсь, что да.
― Почему я об этом только сейчас узнала? ― Марина была шокирована. ― Почему вы не сказали?
― Мы были не правы. Нам нужно срочно встретиться и поговорить. Поговорить обо всём, Мариш.
Девушка была зла.
― Хорошо. Я вылетаю в Россию.
Самолёт набирал высоту очень быстро. Уши несколько раз заложило, но Марина начинала привыкать. Она совсем не ожидала, что так скоро придётся ей покинуть Туманный Альбион. Александр просил подождать девушку, пока не закончится футбольный сезон в Англии, после чего он полетит в Россию вместе с брюнеткой. Но Марина была непоколебима. Она решила действовать немедленно и скоро, чтобы управиться за пару дней и вернуться на новое место работы.
Девушка настроила себя так, что шанс, который ей подарила судьба, когда Зверин порекомендовал её на престижную должность, не должен быть упущен. И ничто не сумеет выбить её из колеи. Она выяснит всё у тёти и дяди и вернётся в Ливерпуль.
На этот раз Марина решила не посещать столицу, а как можно скорее отправиться в Пензу. Девушка рассчитала ближайший рейс до её города и приобрела билеты. Нервозность не покидала девушку ни на секунду. Она постоянно оглядывалась, ожидая вновь встретить своего отца. Или не отца. Она ещё не верила до конца.
Сильный дождь провожал Марину из столицы самого большого государства в мире. Капли бились в стекло иллюминатора. Брюнетка отрешённо смотрела на улицу. Внизу у шасси рабочие в ярких жилетах заканчивали работы. Рядом с ними остановился огромный чёрный внедорожник. Марина напрягла зрение, пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь мощный поток воды, который мешал обзору. Из внедорожника вышел человек. И девушка сразу же узнала в нём Виктора. Тот о чём-то стал говорить с рабочими, потом разговор перерос в жаркий спор, после чего рабочие попросили удалиться мужчине самому и прихватить свой огромный автомобиль. Виктор вновь попытался что-то объяснить рабочим, но один из них достал рацию, чтобы вызвать охрану. Сделать этого мужчина не успел, потому что Виктор неожиданно выхватил пистолет и открыл стрельбу по рабочим. Те бросились в рассыпную. Двое упали сразу, сражённые пулями. Марина была в ужасе, который поглотил девушку, и она ничего не могла сделать, даже позвать на помощь. А политик всё продолжал стрелять, пока не отправил к праотцам всех рабочих до единого. Он задумал совсем недоброе, подумалось Марине. Через секунду её мысли были подкреплены доказательствами, когда Виктор открыл заднюю дверь внедорожника и на секунду скрылся за ней. Из багажника он достал гранатомёт и посмотрел прямо в глаза своей дочери. Мужчина ехидно улыбнулся девушке и направил оружие на самолёт. Брюнетка попыталась выбраться со своего места, но ремень, которым она была уже пристёгнута перед вылетом, не давал ей освободиться из плена. Марина стала дёргать ремень, потом бросила взгляд на защёлку, потом вновь на улицу.
― Помогите!! ― вырвалось, наконец, у неё.
Однако никто не спешил к ней. Марина вновь взглянула на защёлку ремня и открыла его. В последний момент она дёрнулась от окна, но краем глаза успела заметить летящий снаряд. Граната ударила в её иллюминатор и взорвалась. Разрывая фюзеляж, снаряд обжог всё вокруг со сверхзвуковой скоростью. Ударная волна с лёгкостью подбросила девушку, а огненное пламя страшно обжигая, поглотило её. Страшный крик девушки был заглушён кошмаром творившимся вокруг…
Марина дёрнулась в своём кресле и проснулась, часто дыша. Её лицо покрылось потом, а глаза выражали дикий испуг.
― Подлетаем, девушка.
Марина перевела взгляд на говорящую. Это была стюардесса, которая приятно улыбалась брюнетке.
― С-спасибо, ― лишь кивнула Марина.
Девушка начала приходить в себя. Она выглянула в иллюминатор. Самолёт был ещё в небе. Марина посмотрела в то место, где располагается шасси огромной машины, но, как и следовало ожидать, колёса были надёжно спрятаны внутри корпуса металлической птицы, а никаких рабочих и Виктора не было и в помине.
Небо становилось всё чище и чище по мере того, как самолёт подлетал к городу на Суре. Скоро выглянуло солнце. Самолёт пошёл на посадку.
Марина ехала по городу через пробки. Она обдумывала всё, что могла скоро услышать в разговоре с тётей и дядей Фроловыми. У девушки накопилось немало вопросов, но больше всего её интересовало, почему ей не рассказали о том, что её отец жив.
Марина сидела в зале. Напротив неё были дядя Женя и тётя Инна. Фроловым было неловко. Они не знали с чего начать. Видя, как им трудно, брюнетка первая нарушила тишину своим вопросом:
― Так как это всё понимать? Меня преследует неизвестный мне человек. Сначала в Пензе, потом в Москве, а затем и вовсе выясняет, где я живу в Ливерпуле и приходит в мой номер. Не просто приходит, а сообщает такие вещи. Получается, вы лгали мне всю мою жизнь?
― Марин, так получилось. Сложились обстоятельства, ― тихо сказала тётя Инна.
― Как сложились? ― недоумевала Марина. ― Так сложились, что я не знала, что мой отец жив.
― Это было трудное время для всех, ― сказал мужчина. ― Время, когда вы все родились: ты, твои друзья. Время Перестройки и падение Советского Союза.
― Я хочу знать всю правду, ― попросила зло девушка. ― Правду о вас, о моём отце и… маме.
На последнем слове она смягчилась.
― Хорошо, ― вздохнул дядя Женя. ― Это было опасное время, время неизвестности и новых направлений. Мы все не знали, куда ведёт нас Перестройка. Было много всего. Сначала антиалкогольная кампания, которая срубила много жизней, потом так называемый демократический социализм, когда во всех сферах жизни начались массовые реформы. Нам стали давать свободу. Тогда мы так думали. Хотя и до этого мы жили довольно-таки неплохо. Но эта вот новая свобода, которую почувствовали все, она достигалась опасными жертвами. Свобода в этом понимании для наших людей неприемлема. Начала ухудшаться экономика, стали процветать сепаратистские настроения на окраинах Союза, а как итог ― межнациональные конфликты. А затем и вовсе начался товарный дефицит, очереди в магазинах, отсутствие на прилавках продуктов. Последовали так называемые «парады суверенитетов», когда республики стали объявлять о своей независимости. И Советский Союз пал. А потом был хаос. Но больше всего мы обожглись во время путча в августе. Понимаешь, я тогда служил в органах КГБ. Нам предстояло делать выбор, на чьей мы стороне, что лучше для нашего государства. Тогда выбор был сделан такой, последствия которого мы наблюдаем вот уже более двадцати лет.
― Я ничего из этого не понимаю, ― покачала головой Марина. ― Причём тут история СССР и России. И как это связано с тобой и моим отцом?
― Я был молод и служил в КГБ, ― продолжил Евгений. ― У меня было три хороших друга. Мы все служили на благо Родины, но эти события смешали нам карты. Витя Зарубин совсем недавно женился на девушке по имени Катя. Они души друг в друге не чаяли, ждали ребёнка, надеялись на лучшую жизнь после Перестройки. Так думали и все мы, но всё пошло не так. Наши взгляды разделились. Я и двое других моих друзей оставались сторонниками старой идеологии, но Виктор общался напрямую с самой верхушкой этого адского айсберга. Он попал в сети обмана, как и все мы. Как и всех нас, его также обманули и преподнесли развал Союза, как новую веху в нашей истории, которая сделает жизнь лучше. Но лучше для кого? Не для нас, простых людей, а для бандитов, которые следующие десять лет будут открыто заниматься переделом собственности. И в итоге настал хаос, а Виктор был орудием высших политиков, которое как машина, убивало всё. Он так свято верил в будущее страны, своей жены, своего ребёнка, который родился, что забыл о чести. Он считал, что всё делает правильно, но тем самым предал всех нас, убил своих друзей и чуть не покончил с нами. Твоя мама тоже не спаслась в этих страшных событиях. Она оставила лишь малышку-дочурку после себя. Виктор озлобился из-за потери ещё больше, начав обвинять в этом своего ребёнка, совсем обезумев. Он хотел убить всех, свергнуть самих президентов и править самому, но он не учёл, что, воспользовавшись им, как орудием против социализма, от него избавятся так же, как от отслужившего оружия, то есть ликвидируют. Но, как мы теперь знаем, он не умер, а остался жив, да ещё и набрал власти и теперь хочет утянуть тебя туда наверх в этот хаос, от которого мы хотели тебя уберечь все эти двадцать лет.
Повисла тишина. Марина думала. Она начинала понимать. Дядя Евгений продолжил:
― А мы с Инной никогда не могли иметь детей. И здесь, после этих страшных событий, мы взяли на себя огромную ответственность. Мы спасли тебя от этого зла, от Виктора. Мы растили тебя в любви и согласии, надеясь все эти годы, что ты не узнаешь правду.
― Но я узнала, ― глаза девушки наполнились слезами.
― Да, ― вздохнул дядя Женя.
― Сможешь ли ты когда-нибудь простить нас за этот поступок? ― спросил тётя Инна, вытирая слёзы. ― Мы были неправы, но тогда мы думали иначе. Хотя кто знает, как бы обошёлся с тобой Виктор в то время, когда он был в ярости и хотел уничтожить всё.
Марина весь день провела одна в своей комнате, размышляя и ища пути решения. Как ей быть дальше, она не знала. После такой истории девушка не была уверена, что ей стоит продолжать общаться с отцом. Однако внутреннее чутьё подсказывало девушке, что, ответив отказом Виктору, она вряд ли справится с этим. Виктор определённо не оставит её и её родных в покое.
Виктор Зарубин сидел на роскошном диване в своём пентхаусе в центре Москвы. Обстановка вокруг давала понять стороннему наблюдателю, что Виктор успешно выстроил свою материальную жизнь. Напротив него стоял огромный светодиодный телевизор с системой домашнего кинотеатра дорогих фирм. Перед мужчиной стоял стеклянный столик, на нём телефон и несколько книг. На стенах изысканные картины, слева стенка из дорогих сортов дерева.
Мужчина вглядывался в окно за телевизором, где тучи заволокли небо, обещая скорую грозу. Виктор перевёл взгляд на экран, где передавали последние новости. Миловидная ведущая рассказывала сводку дорожно-транспортных происшествий по городу. В столице с её практически стоящим движением автомобилей, обещающим в скором будущем перерасти в коллапс, люди умудрялись попадать в аварии на больших скоростях.
Евгений думал. Знакомство с дочерью спустя столько лет глубоко вгрызлось в его душу, хотя, зная своё прошлое, мужчина понимал, что таких глубоких потрясений он давно не испытывал. Он свято хотел теперь быть с ней всегда, общаться и передать ей часть своего бизнеса и своей власти. Зарубин одёрнул себя. Он выругался про себя, что сущность хищника и бизнесмена даже в такие минуты одиноких размышлений не покидает его разум. Неужели такого будущего он желает для своей дочери? Разве ей нужны эти перипетии? Она всего лишь молодая девушка, которая хочет жить своей жизнью, найти любовь и быть счастливой. Но разве деньги и власть не помогут ей это сделать? Двадцать лет назад Виктор был уверен, что да. Да, деньги и власть правят миром. Да, они облегчают жизнь и помогают управлять людьми вокруг. Однако лишь спустя десятилетия Зарубин понял, что за деньги можно купить всё что угодно, кроме счастья и любви. Но понял это он уже слишком поздно, когда ничего нельзя было исправить из его прошлого, когда он вместе с другими политиками свергал действующий строй.
Сейчас мужчина надеялся наладить отношения с дочерью, но понимал, что никакие деньги, никакой его статус не помогут этого сделать. Нужно стать истинным другом… отцом для своей дочери. Марина обязательно будет разговаривать со своими опекунами. А Евгений и Инна естественно расскажут обо всём, что сделал Зарубин, да ещё и преподнесут это в самом негативном свете. Мужчина сжал кулаки от злости. Какое они имеют право так всё поворачивать? С другой стороны…
Виктор вздохнул, вновь взглянув в окно. Он медленно поднялся с дивана и подошёл к двери балкона. На подоконнике лежал пульт дистанционного управления. Зарубин взял его и, направив на кондиционер на потолке, щёлкнул кнопкой. Тихий гул прекратился, ознаменовав отключение систему кондиционирования воздуха в помещении. Мужчина открыл настежь дверь балкона, впуская уличный воздух, более тёплый и душный. Виктор вышел на крышу, представляющую собой, по сути, ещё одну комнату. Он обошёл небольшой столик и упёрся руками в поручни ограждения. Виктор посмотрел вниз. Улица отдалялась на расстояние нескольких десятков этажей от него и была красива и утопала в зелени.
Виктор вдохнул тёплый воздух и согласился со своей же мыслью. Женя и Инна расскажут, что произошло тогда, когда рушился Союз. Они расскажут, что сделал Зарубин и будут правы. Тогда он совершил много страшных поступков, а после сжёг все мосты и стал подниматься по головам людей, считая, что поступает правильно, мстит тем, кто попытался убрать его после тех страшных для России событий. Он мстил главе государства, его соратникам, когда те решили его убить. Мстил тем, что уничтожал всех и вся на своём пути, набирая власть и продвигаясь к верхам политической элиты. Но сейчас Виктор стал понимать, что такая месть никак не вредила людям, которые попытались его убить. Эта месть только вредила простым людям и близким, которых вскоре не осталось вовсе.
Так что всё верно. Всё, о чём расскажут Марине её опекуны, будет правдой. Нельзя терять времени, пока донесённая мысль дойдёт до глубин души девушки. Нужно с ней срочно встретиться и объяснить всё, попытаться, чтобы Марина поняла всё, что произошло в те смутные времена.
Виктор вернулся в комнату и взял телефон со столика. Он набрал номер девушки и стал ждать ответа. Мужчина вдруг почувствовал, что с каждым длинным гудком ему становится труднее дышать. Он волнуется. Чёрт. Когда он так волновался в последний раз? Сразу-то и не вспомнить.
Марина сидела в своей комнате. Приятная мелодия звонка на её мобильном телефоне в этот раз ударила по нервам и показалась даже какой-то зловещей. Брюнетка взяла мобильный и посмотрела на незнакомый номер, который начинался с кода города Москвы. Марина сразу поняла, что это Виктор. Девушка колебалась, но всё же ответила, наливаясь пунцовым цветом от волнения.
― Алло? ― ответила она.
Секунда тишины.
― Марина?
― Да.
― Здравствуй, Марин, ― был не уверен в себе Зарубин. ― Это твой отец… Виктор.
― Я узнала вас. Здравствуйте.
― Я… Мне… Послушай, я никогда не вёл такого рода разговоры, поэтому и не знаю, с чего начать, ― признался мужчина.
― Да уж. Мне тоже не доводилось такое общение. Не каждый день узнаёшь, что твой отец жив, ― сказала Марина.
― Ты поговорила с тётей и дядей?
― Да, поговорила.
― Ну и что они тебе про меня сказали?
― Правду, ― ответила брюнетку.
― Какую именно?
― Думаю, что самую настоящую.
― Послушай, Мариш, ― вздохнул Зарубин. ― Женя и Инна были, скорее всего, очень красноречивы. Я считаю, что нам нужно встретиться ещё раз и всё обсудить. Я ни в коем случае не хочу на тебя давить. Просто считаю, что я должен тебе рассказать всё, что было с нами в этого жестокое время.
― Я даже не знаю.
― Поверь мне, нам нужно поговорить. Мне нужен шанс, Мариш. Я прошу тебя о встрече.
― Это вы убили мою маму? ― Марина сама не ожидала от себя такого вопроса.
Повисла пауза. Виктор понимал, что раскрой он правду сейчас, то всё будет кончено, хотя оправдание у него перед самим собой было ― он не знал, что может навредить своей молодой супруге.
― Нет, Марина. Я этого не делал. Её смерть была стечением обстоятельств, ужасным стечением обстоятельств, ― мужчина опустил глаза в пол. ― Я любил твою маму очень сильно.
― Но если вы так сильно её любили, то почему совершили все эти преступления? ― спросила девушка. Она, казалось, не верила словам отца о маме и основания не верить у девушки были.
― Преступления? Марина, нельзя однозначно говорить обо мне, как о преступнике, ― ответил Зарубин. ― Если бы я им был, то сидел бы в тюрьме.
Это была самая глупая фраза, которую мог произнести Виктор.
― Что? ― девушка аж закашлялась от возмущения. ― Вы политик. А мы все знаем, что в нашей стране политик редко может угодить за решётку. Это ведь вы все создаёте такие законы, которые защищают вас от правосудия, законы, которые применяются к простым людям, но которые не работают против вашей неприкосновенности.
Мужчина понял, что совершил ошибку, и русло разговора ушло в другую сторону, притом в сторону опасную для него. Девушка была взволнована и агрессивна.
― Прости, прости, дочка. Я не это хотел сказать, ― попытался реанимировать разговор Виктор.
― А что тогда?
― Я просто прошу тебя о встрече. Лично я попытаюсь объяснить всё то, что случилось. Показать тебе, что тогда я глубоко был не прав в отношении тебя и твоей мамы.
― А в остальном?
― В остальном?
― Переворот и ГКЧП.
― Чёрт, ― мужчина вздохнул, понимая, что по телефону такое нельзя объяснить в двух предложениях. ― Об этом мы тоже поговорим. Я обещаю, что расскажу точки зрения всех нас в то время.
― Почему не сейчас?
― Этому нельзя вот так просто дать правовую оценку. Ты сама же это знаешь из любых школьных учебников.
― Знаю. Я знаю только то, что все учебники говорят, как было плохо при Союзе, а всё старшее поколение заявляет совсем наоборот. Но и, прожив здесь всю свою жизнь, я понимаю, что мы в современной России всего лишь выживаем, а не живём. И что у нас Москва один из самых дорогих городов и миллиардеров больше всего на планете из нашей страны, а мы ― остальные люди задыхаемся со своими маленькими зарплатами и пособиями, пока такие как вы пируют на различных вечеринках. Такие как вы гребут миллионы, платя нищенские зарплаты простым людям за их труд.
Девушка стёрла слёзы, которые одолели её.
― Прости, Мариш, за всё это. Я смогу всё исправить для тебя, ― пообещал мужчина. ― Ты не будешь больше ни в чём нуждаться. Я тебе это гарантирую.
― Мне ничего этого не нужно. Я прожила всю свою жизнь, добиваясь всего сама. Мне ваши деньги не нужны.
― Дело не в деньгах. Я хочу быть со своей дочерью, делать её счастливой, подарить то, чего не мог дать раньше.
― Поздно, Виктор, ― Марина не могла употребить слово «папа», обращаясь к Зарубину. Внутри она была не готова к этому. ― Всё что случилось, уже не исправить никогда.
― Я готов постараться.
― Простите, но нет. Я прошу вас оставить меня и мою семью в покое. Давайте жить так же, как и раньше. Пусть всё идёт своим чередом, ― попросила девушка.
― Твою семью? ― возмущение вдруг настигло Зарубина. ― Марина, ты не поняла. Это я твоя семья! Я твой отец!
Его голос начал срываться на крик.
― Простите, но нет. Дядя Женя и тётя Инна мои родители. Пусть так всё и остаётся, ― девушка уже плакала.
― Я этого не допущу!! Я всё равно тебя найду!
Виктор дал волю эмоциям, и они вырвались в угрозе.
― Зачем вы мне угрожаете?
― Я ставлю тебя и твою якобы семью перед фактом. Вы прятались от меня слишком долго, но я буду со своей дочерью, и ничто мне не помешает!!
― Прощайте, ― Марина отключилась и положила трубку на стол, рыдая.
― Что? ― Виктор был уже в бешенстве.
Мужчина посмотрел на дисплей телефона и понял, что Марина разъединила связь. Зарубин вновь набрал номер телефона Марины. У девушки вновь зазвонил мобильник. Она взяла его и отключила связь, а потом и вовсе выдернула аккумуляторную батареи, боясь, что даже отключенный телефон может зазвонить. Девушка плакала, уткнувшись в подушку.
Зарубин услышал в телефоне сообщение о том, что абонент отключен или находится вне зоны доступа сети и швырнул телефон в сторону. Тот разлетелся, ударившись о стену. Мужчина был разъярён, хотя и понимал, что наломал дров своими угрозами. Чего он хотел добиться такой выходкой? Идиот. Так сейчас называл себя Виктор.
Постепенно мужчина стал приходить в себя. В его памяти вспыхнула та авария, в которой погибла его жена и крик боли: «Что ты наделал?!! Что ты наделал, Виктор?!! ТЫ убил своё будущее!!!»
Мужчина помнил тот взрыв, тот крик, тот кошмар. По ночам он вскакивал, постоянно переживая смерть своих друзей и смерть своей любви. Но он знал, что эти дьяволы прошлого ― это его собратья, потому что, совершив то, что он совершил, Зарубин сам обрёк себя на страдания, он сам стал дьяволом.
В комнату постучали.
― Да?! ― Виктор обернулся.
Дверь распахнулась и в комнату вошёл молодой человек с телефоном в руке.
― Извините, Виктор Алексеевич, ― виновато сказал тот. ― Вам звонит Андрей Семёнович.
― Коростелёв?
― Да.
― Чего ему нужно?
― Он сказал, что будет разговаривать только с вами, ― пожал плечами паренёк.
― Ладно. Давай трубу, ― мужчина протянул руку и взял аппарат у парня. ― Свободен пока.
― Понял, ― парень сразу же удалился, бесшумно закрыв за собой тяжёлую дверь.
Андрей Семёнович Коростелёв был таким же политиком, как и Виктор Зарубин, только рангом пониже. В девяностые он сколотил крепкую бандитскую команду, прибрал к рукам бизнесы многих людей, легализовал свои капиталы и пустился в политическую деятельность. С Зарубиным Андрея связывали деловые отношения, а точнее один проект, который Коростелёв задумал довольно-таки давно, но реализовать его представился шанс только сейчас. А для этого было важно мнение Виктора. Коростелёв хотел построить огромный торговый центр в Москве на территории, за которую отвечал Зарубин, но Виктору данная перспектива была не по душе. Во-первых, это создавало бы конкуренцию бизнесу самого Зарубина, а, во-вторых, для такой застройки нужно было глобально менять расположение зданий и коммуникаций в этой части города. Ну а в-третьих, Виктор не собирался запускать в город на свою территорию какого-то бизнесменчика, который вышел из воров, убийц и спекулянтов. Таким людям, как считал Виктор, вообще нечего делать на его территории.
Разговоры об этой сделке велись уже не один раз, но Зарубин чётко давал понять Коростелёву, что его мнение окончательное и изменению не подлежит. Однако Андрей был человеком настойчивым, а сейчас, как посчитал Виктор, и назойливым.
― Алло, ― раздражённо ответил Зарубин.
― Здравствуй, Виктор Алексеевич, ― Коростелёв был вежлив и нагл одновременно.
― Приветствую тебя, Андрей Семёнович. Каким судьбами решил связаться ос мной?
― Да вот думаю, давно мы с тобой не общались, ― улыбнулся мужчина. ― Давно не встречались. В бильярд не с кем достойным сыграть партейку-другую.
― Андрей Семёныч, ты бы лесть свою оставил. Я человек занятой, ― не собирался играть в игры Виктор. Тем более, что мысли Зарубина сейчас были заняты Мариной. ― Рассказывай, что у тебя за дело ко мне.
― Хорошо, ― примирительно сказал Коростелёв. ― Дело у меня к тебе важное. Мы по нему никак не можем общий язык найти.
― Ты опять о своём строительстве комплекса что ли? ― удивился наглости собеседника Виктор.
― Конечно о нём. Вот хотел обсудить новые условия. Они будут ещё выгоднее для тебя, Виктор Алексеич, ― пообещал Коростелёв. ― Я всё предусмотрел.
Зарубин, хоть и был человеком, заинтересованным в развитии своего бизнеса, сейчас не мог думать ни о ком, кроме своей дочери. Поэтому мужчина решил сразу оборвать все попытки нового предложения своего визави.
― Андрей Семёныч, я сейчас сильно занят. Поэтому не смогу тебе ничем помочь.
― Ты даже не выслушал.
― Да я и слушать не хочу ничего, Андрей, ― махнул рукой Виктор. ― Давай на этом закончим. Я тебе уже много раз объяснил понятно, что на моей территории ты ничего своего строить не будешь. Понимаешь, не твой это уровень. Москву оставь рыбам покрупнее. Стройся и торгуй там у себя в пригороде. Можешь провинцию попробовать. Тебе там карты в руки. Я тебе, может, чем подсоблю на тех местах. Но в столицу не лезь и перестань меня доставать своими бессмысленными звонками.
Повисла секундная тишина. Коростелёв даже не ожидал, что на него так всё обрушится. А его амбиции были серьёзны и мириться с отказом он не собирался.
― Ты, глубоко не подумав, всё это мне высказал, Виктор Алексеевич, ― сквозь зубы процедил мужчина. ― На самом деле ты так не думаешь. Потому что люди приходят и уходят, а я всё равно своего добьюсь, хочешь ты того или нет.
― Ты мне угрожаешь что ли? ― Зарубин даже усмехнулся. ― Да-а. Давно я угроз в свой адрес не слышал. Прямо как в девяностые.
― Я лишь предлагаю согласиться на моё предложение, которое будет выгодно нам обоим.
― Для меня выгод не вижу. Поэтому считаю разговор исчерпанным, а тему закрытой. Будет что-то более интересное, то звони, ― предложил Зарубин. ― А пока предлагаю на этом закончить.
― Зря ты так.
― Поверь, не зря.
― Это не приведёт ни к чему хорошему для тебя, Виктор Алексеич, ― был зол Коростелёв.
― Да куда уж там, ― отмахнулся угрозам собеседника Виктор. ― Честь имею. Счастливо.
Виктор положил трубку. Сейчас он был мыслями только в провинциальной Пензе. Там была его дочь, и он хотел быть с ней.
